Чехов и Станиславский

Статьи по культурологии » Михаил Чехов » Чехов и Станиславский

Страница 1

Ко времени отъезда из России у Чехова сложилась довольно стройная система “новой актерской игры”.

За границей Чехов называл своими учителями Станиславского, Сулержицкого и Вахтангова. Тема «Чехов - ученик и оппонент Станиславского» интересовала и современников Чехова и позднейших исследователей его творчества. Современники называли Чехова самым блестящим из учеников Станиславского. В 1915г. Чехов говорил о молодежи Первой студии: «Мы представляем собой собрание верующих в религию Станиславского .». Интерес к вопросам актерской техники возник у Чехова еще со времени его знакомства с системой Станиславского. Чехов отличался особенно увлеченным интересом к экспериментам Первой студии, возможно, потому, что его актерская природа была созвучна «системе». Станиславский говорил молодым актерам МХТ: «Изучайте систему по Мише Чехову, все, чему я учу вас, заключено в его творческой индивидуальности. Он - могучий талант, и нет такой задачи, которую он не сумел бы на сцене выполнить».

Станиславского и Чехова объединял их актерский опыт и неудовлетворенность актерским искусством. Эта неудовлетворенность выражалась в «отвращении к дилетантизму» у учителя и в отказе от «мертвого», неодушевленного театра у его ученика. Как Станиславский, так и Чехов интересовались глубинными вопросами своей профессии. Это был тот редкий случай, когда «актер сам мучительно докапывался до тайн творчества»; тот случай, когда актер являлся очень крупной творческой личностью.

Чехов был одним из первых толкователей системы Станиславского. Начиная с 1918 г. Чехов проводил в студиях собственные изыскания в области театральной педагогики.

Система Станиславского взволновала его как своей высокой целью (поисками путей к истинной духовности творчества), так и подробнейшей разработкой технологии, конкретностью работы с учениками. В системе Станиславского Чехов усмотрел способ совершенствования человека. «Система,— писал он в 1919 г.,— учит актера узнавать недостатки свои и общечеловеческие и бороться с ними».

Чехов сформировался под влиянием театральной этики МХТ. В молодости он любил «игру в жизни», но Станиславский объяснил ему, как скверно для актера непрерывно играть, «представлять» в течение почти целого дня. Чехов сделал вывод: «Как вредно быть на сцене „как в жизни", так же вредно быть в жизни „как на сцене"». Он писал: «Строгая дисциплина, серьезность подхода к работе и постоянный наблюдающий „глаз" Станиславского приучили меня относиться к театру по-иному». В Германии в первый год эмиграции Чехов сравнивал «атмосферу цирка» и суеты в театре Рейнхардта с атмосферой серьезного искусства в МХТ, вспоминал «трепет и волнение актеров и особую, незабываемую тишину этого единственного в мире театра». Для Чехова характерно было восприятие искусства как могучего средства нравственного воздействия на людей. Такой этический пафос был унаследован Чеховым и от русской культуры, и от своих учителей.

В системе Станиславского для Чехова было важно стремление найти пути управления работой подсознания: «Конечная цель всякого учения (как и всего предлагаемого метода) есть пробуждение творческого состояния, умение вызывать его произвольно»,— писал Чехов в книге «О технике актера».

В русской системе актерского искусства наиболее трудной чертой для применения в западном театре было перевоплощение, являвшееся неотъемлемой частью искусства Чехова - актера и педагога. «Ни один из его образов не походил на другой, всякий раз это был новый человек и всегда субъективно - через перевоплощение — самовыражающийся, более того, самоутверждающийся, Чехов»,— вспоминал Марков в 1976 г. В книгах и статьях Чехова выражена его убежденность в том, что искусство актера определяется глубиной внутреннего перевоплощения. Добавлю: оно определялось и богатством внешнего перевоплощения. Много написано о разнообразных ролях Чехова. «Чехов был и художником, во всяком случае, в гриме своих ролей,— отмечает Бирман.— Знал душу своего героя и в гриме искал и находил ее выявление». В Америке его называли «человеком с тысячью лиц». За рубежом он стал применять в педагогике идеи итальянской комедии масок, а в Голливуде темой его занятий стали характерность и образ. В книге «О технике актера» одной из важных тем была «правда внутреннего и внешнего перевоплощения»21.

В период существования Первой студии Станиславский особенно много почерпнул из учения йогов. Неудивительно поэтому, что в 1913 г. Александр Блок, слушая рассказ Станиславского о начале курсов в Студии, вспоминал теософские упражнения - они тоже были основаны на йоге.

В Первой студии он и Сулержицкий проводили упражнения на внимание, сосредоточенность и общение, и также на дыхание и равновесие, на основе учения йогов. Разделение бессознательного на две области — подсознание и сверхсознание — происходит именно из этого учения. Станиславский рекомендовал воспользоваться практическим советом индийских йогов от области сверхсознательного: «возьми некий пучок мыслей, и брось их в свой подсознательный мешок, и жди готового результата от подсознания». Это разделение на «подсознание» актера, связанное с жизненными явлениями, и на «сверхсознание», возвышающее человека и выражающее «жизнь человеческого духа», использовал в своем методе Чехов. Хотя он отрекался от «йогизма» как мировоззрения во имя антропософии, несомненно, что его практика во многом была основана на том же варианте учения йогов, который практиковался в Первой студии.

Страницы: 1 2 3

Поплярное на сайте:

Музыка
Развитие мировой музыки в ХХ столетии шло столь быстрыми темпами, описать все направления, течения и ответвления в одном реферате не представляется возможным. В астоящем реферате я решила осветить развитие и течение тех жанров, которые я ...

Отдел истории первобытной культуры
Отдел истории первобытной культуры, организованный в Эрмитаже в 1931 году, располагает обширной коллекцией, насчитывающей свыше четырехсот тринадцати тысяч памятников. Выставки отдела показывают развитие первобытной культуры на территории ...

Становление экслибриса как искусства в России
В России первые светские библиотеки книжные собрания, ставившие перед собой просветительские цели, появились при Петре I. Самый ранний из известных исследователям печатных книжных знаков принадлежит одному из сподвижников Петра князю Д. Г ...