Чехов и Станиславский

Статьи по культурологии » Михаил Чехов » Чехов и Станиславский

Страница 3

Модификация системы Станиславского, предпринятая Чеховым, была чрезвычайно важна. Он спорил одновременно и со Станиславским, и с Мейерхольдом, и с Вахтанговым, и с «отношением к образу», и с полным перевоплощением. В подтексте положения Чехова об объективном отношении к образу содержится полемика с тенденциозностью современного ему театра. Эта дискуссия была очень важна для автора «системы», суть которой заключалась в предложении артисту «идти от себя». Актер не может стать ни Гамлетом, ни Отелло, но может вообразить себя в обстоятельствах Гамлета и Отелло,— утверждал Станиславский. Он предлагал актеру «идти от себя», то есть от своей жизни, своего духовного и душевного опыта, эмоциональной памяти, сопоставимых с опытом чужой души и чужой жизни, которую артист призван воплотить. Именно эту установку системы активно критиковали многие, и, пожалуй, наиболее острой и основательной была критика Чехова. Он считал, что предложение «идти от себя» может привести к «омещаниванию актерского образа, к натурализму, к забвению величайшей основы вдохновения — воображения артиста».

Отношения Станиславского с Чеховым были похожи на отношения отца с сыном: можно сказать, что Станиславский дал жизнь Чехову. Здесь важна историческая последовательность: метод Чехова мог появиться только на основе системы Станиславского. И Чехов понимал ее в совершенстве. Система росла как могучее дерево, техника же Чехова появилась как его ветвь. Чехов строил философскую систему — Станиславский же интересовался более узкими профессиональными вопросами. Станиславскому была присуща традиционная религиозность; он не одобрял ни атеизма, ни философских занятий молодого Чехова. Оба они - учитель и ученик - искали опоры для системы в науке и природе: Станиславский в научных трудах по психологии творчества, а Чехов — в философии и «науке о духе» — антропософии.

Страницы: 1 2 3 

Поплярное на сайте:

Обелиск «Штык» на Покровской горе
Обелиск “Штык” Неподалеку от желез­нодорожного вокзала, на Покровской горе, там, где берет начало улица Фрунзе, воздвигнут памятник воинам 16-й армии, герои­чески оборонявшим Смо­ленск в июле 1941 года. Это 19-метровый обелиск, ...

Могила неизвестного солдата
В декабре 1966 года, в дни 25-летия разгрома гитлеровских войск под Москвой, в Александровский сад с 41-го километра Ленинградского шоссе - места кровопролитных боев - был перенесен и торжественно погребен прах Неизвестного солдата. 8 мая ...

Между живописью и скульптурой
«Он с самого начала точно знал, что сила его – скульптура, ибо даже когда он чувствовал склонность к живописи, он все же не хотел ограничиваться только ею. Можно сказать, что его живопись была чистейшей воды развлечением». Этим заявлением ...