Васильев, как и Шишкин, ищет зрительного обобщения, стремится отойти от пестроты мозаичности. Но его не удовлетворяет рационалистичность выписывания деталей, противоречащая эмоциональному восприятию природы, и потому он ищет обобщения не в светотени, поглощающей цвет, а в цветовом рефлексе. Это застовляет его обратиться к опыту романтиков, с которыми его сближает лирическая поэтичность трактовки природы. Но официальный условный романтизм Воробьева ему уже чужд своим внешним характером, и его влечет к более тонкому и конкретному романтизму М. Лебедева.
Поплярное на сайте:
Отличительные черты древнеримского искусства
В произведениях древних римлян, в отличие от греков, преобладали символика и аллегория. Соответственно пластические образы эллионов уступили у римлян место живописным, в которых преобладала иллюзорность пространства и формы -- не только в ...
Пост-пушкинская трагедия
Если Пушкина в день смерти назвали "солнцем русской поэзии", то ее луной, "солнцем неспящих", стал Лермонтов. Он обладал даром придать высоту чистой, беспримесной, прозрачной, как слеза, трагедии любому жанру, к которо ...
Красно-черное знамя
Если спросить сегодня любого анархиста, какого цвета знамя анархизма, он не колеблясь ответит: черного или красно-черного. Но принятие этих цветов было долгим и противоречивым. Черное знамя впервые подняли в марте 1831 г. взбунтовавшиеся ...

Навигация