Гойя – великий мастер. Даже вынуждаемый, вопреки естественным склонностям своей натуры, взяться за изучение академических правил, он извлекает из них то, что ему кажется полезным и необходимым для воплощения своего вдохновения, а именно: знание анатомии, принципы композиции, значение освещения, правильное использование навыков и материалов, применяемых в живописи. Гойя – один из лучших художников-практиков всех времен, его техника отличается большой тщательностью. Его картины великолепно сохраняются, а примененные им краски не тускнеют. Таков этот виртуозный исполнитель, в совершенстве овладевший своим рабочим инструментом. Он извлек из него эффекты, не свойственные классическому искусству. Гойя вовсе не старается прибегать к изощренным построениям, придуманным великими мастерами прошлого, и часто вдохновляется народными лубками, созданными посредственными художниками.
Что же касается самой манеры письма, то на своеобразность и экспрессивность ее повлияла сложившаяся историческая обстановка в Испании того времени. К концу восемнадцатого века почти повсюду в Западной Европе со средневековьем было уже покончено, но испанский уклад жизни застыл в трагикомической неподвижности. «Во внешнем виде городов, в одежде, в движениях жителей, даже в их лицах иноземцам чудилась какая-то странная окаменелость, какой-то отпечаток старины».
В свое время Италия создала убедительный метод изображения вещей, в полном согласии с эпохой, соединив при этом чувственность и духовность. Но язык, некогда бывший живым, превратился с течением времени в некое общее место. Он плохо подходил для выражения глубоких противоречий, свойственных Испании в начале XIX века.
Эль Греко растревожил внешнюю видимость вещей, воспринимаемую чувствами, создав свой визионерский стиль, но он никогда не задавался конечной целью искусства, а именно воплощением гармонии между человеком, природой и Творцом. А Гойя уже не верил в возможность примирения человека с Богом. Не больше он верил и в возможность спасения человека без Бога. Куда бы он ни смотрел, он не видел выхода. Когда разум попадает в ловушку, рождается безумие; ирония представляет собой последний бастион на пути сумасшествия.
Распространенное убеждение, что фантасмагории Гойи противопоставляются действительности, основывается на ошибочном представлении о том, что реализм итальянского Возрождения лучше выражает реальность, чем фантазии Босха, Брейгеля или Арчимбольдо. Но итальянский реализм не более истинен, чем любой другой метод изображения. Степень правдивости образа не связана с понятием сходства. Произведение приближается к своей собственной правде, когда художник обретает язык, соответствующий его видению, и отдаляется от нее, когда автор прибегает к языку, созданному другими. Правда изображения заключается в изобретении, в творчестве, а не в копировании, как людям часто хотелось бы думать.
Карикатурное, гротескное явление сверхъестественного, неистовство в творчестве Гойи не противопоставлены реальности; напротив, именно благодаря этим особенностям наиболее точно выражена испанская действительность. Испанцу невозможно признать своим наполненный светом мир итальянского Возрождения. Потому что в Испании свет немыслим без теней, он живет благодаря им – подобно тому, как Испания не могла обратиться, как желал бы того Гойя, к наследию Просвещения, без того, чтобы призраки инквизиции не встали немедленно поперек дороги. Поэтому мы так никогда и не узнаем, как же надо воспринимать гримасы этих образов Гойи – как угрозу или как призыв о помощи.
Поплярное на сайте:
Гербовые экслибрисы
В начале XVIII века на внутренней стороне переплёта владельцы библиотеки стали наклеивать бумажные гравированные ярлыки с изображением родовых гербов, вензелей, полного наименования своей фамилии, а позднее различные изображения. Такие яр ...
Технология производства фильма
1). Написание литературного сценария – основы будущего фильма.
2). После утверждения литературного сценария составляют режиссерский сценарий, который содержит 7 разделов:
I. Номер кадра. Кадр – отрезок кинопленки, снятый без остановки с ...
Аполлон и Дафна
«Как бы притягательны ни были пустые радости мимолетной красоты, наполни свои руки листвой или, еще лучше, вкуси горькие плоды». Это латинское двустишие, высеченное на постаменте мраморной группы, отвечает тонкому вкусу кардинала Маффео Б ...
Навигация