«Будем надеяться, что этот юноша станет когда-нибудь великим Микеланджело своего времени» - пророчески возвестил папа Павел V, представляя юного Джанлоренцо кардиналу Маффео Барберини, будущему Урбану VIII.
К этому заявлению стоит прислушаться, особенно принимая во внимание способность Бернини переходить от одного искусства к другому, в точности, как Микеланджело – живописец, скульптор, архитектор и поэт. Тем не менее есть существенное различие между двумя гениями. Бернини был не только художником, но и предпринимателем. В этом ему ближе Рафаэль, чем Микеланджело. Бернини понимал, что его мастерская представляла собой совершенную машину, преобразующую идеи в капитал для него и его близких, которые, невзирая на наличие или отсутствие талантов, играли ключевые роли в управление тем грандиозным экономическим предприятием, которое представляло из себя римское искусство XVII века. Вообразим себе возведение всех этих временных павильонов, необходимых для проведения ежегодных праздников, как религиозных, так и мирских, например в честь рождения французского дофина, Людовика XIV.
Это составляло непрерывный и мощный денежный поток, который мог быть пресечен только вместе с важными заказами высших прелатов римской курии и самого папы. Другими словами, ремесленник должен был уметь никогда не говорить «нет». А для этого нужно было объясниться с преданными и незаменимыми партнерами, такими как младший брат мастера Луиджи. Затем, нужно было уметь управлять помощниками, которые сами обладали высоким уровнем мастерства, как например Джулиано Финелли (1601/1602 – 1653), который выплетал кружево волос и лавровых листьев и скульптурной группе Аполлон и Дафна. Эти виртуозы резца были не в таком почете, как сам маэстро, видимо, озабоченный тем, чтобы не оставить им места больше, чем то необходимо.
Финелли порвал с Бернини, который помимо всего прочего, был крайне завистлив, как это сказывается в его недоброжелательной оценке Мученичества Святого Эразма Никола Пуссена: «Если бы я был живописцем, эта картина меня бы крайне унизила». Так что следовало иметь соратников верных, как Козимо и Якопо Фанчелли. И наконец, необходимо было поддерживать связи с признанными профессионалами, которым бы передавались те «подряды», которые невозможно закончить самостоятельно. Примером такого художника был Эрколе Феррата – ему Бернини перепоручил работу над обелиском Слоненек на Пьяцца делла Минерва.
Эта сложнейшая организация состояла из двух «водов» участников: одни были практически незаменимы, другие же менялись четь ли не в обязательном порядке. На вершине пирамиды всегда находился Джанлоренцо, которому принадлежали идеи и общее руководство, а порой и выполнение самой сложной и тонкой части работы. Так, например, в Фонтане Четырех рек руке маэстро принадлежат только лишь лев и конь, в то время как Нилом работал Якопо Фанчелли, над Дунаем – Антонио Раджи, над Гангом – Клод Пуссен, а над Рио делла Плата – Франческо Баратта. Тем не менее, сама идея, предварительные работы и модели принадлежат целиком и полностью Бернини. Таким образом художник играл роль собственного импрессарио. Полный состав берниниевской мастерской позволял своему порой весьма деспотичному главе держать под уздцы римское искусство, что означало в XVII столетии – и все искусство Италии.
Вездесущность дала Бернини возможность отождествить себя со стилем самой эпохи, стать олицетворением барокко, как Людовик XIV был олицетворением государственности. Больше того, именно по отношению к французскому монарху Бернини выступал в качестве обменного товара, награды за улучшение отношений с Его святейшеством – когда последний позволил художнику углубиться в работу над проектами Лувра, создать мраморный бюст французского монарха и высечь его конную статую.
В этом же 1669 году мастер приступает к проекту, который можно назвать самой коллективной из всех его скульптурных работ. Это Ангелы для моста Сант Анджело в Риме. Задуманный как некое отражение Крестного Пути, ангелы протягивали руки и предлагали взору верующего знаки Страстей Господних. Они изображены, как участники спектакля, разыгрываемого на фоне временных декораций, украшающих мост по большим праздникам. Из десяти статуй Ангел со свитком и Ангел с терновым венцом принадлежат руке самого маэстро. Влюбленный в эти мраморные фигуры, кардинал Роспильози захотел, чтобы они принадлежали только ему и приказал поставить их в Сант Андреа делле Фратте. На мосту были установлены копии. Это одно из последних творений Бернини, наряду с Гробницей папы АлександраVII.
Поплярное на сайте:
Общие черты в этике французских просветителей
Великие французские философы-материалисты 18 века Дени Дидро (1713-1784), Жюльен - Офре Ламетри (1709-1751), Клод-Адриан Гельвеций (1715-1771), Поль Анри Гольбах (1723-1789) внесли большой вклад в этику.
В этой области французские матер ...
Материалы обработки материалов животного происхождения в Приамурье
Для изготовления художественных меховых изделий применяют мех оленя, лося, лахтака, нерпы, моржа, собаки, песца, росомахи, лисицы, белки, бобра. Используют также камус (шкурки ног оленей). А также шкуру таежных и морских животных, собак, ...
Военная мода 40-х
В 1939 году началась II Мировая Война. Вся промышленность переориентировалась на производство для нужд фронта. И, естественно, это отразилось на моде тех лет. В режиме строжайшей экономии женщины не могли позволить себе ни пышных юбок, ни ...
Навигация