Брюллов часто и охотно писал свои автопортреты. Страница за страницей, они приоткрывают книгу жизни художника, позволяя заглянуть в мир его сокровенных переживаний.
Автопортрет написан в Риме около 1823—1824 года, в один сеанс, в минуту творческого озарения. Широкая, как бы размашистая кисть его создает впечатление мгновенного восприятия. Использовав композицию оплечного портрета, Брюллов привлекает внимание только к лицу с высоким лбом, глубоко посаженными глазами и линией еще по-юношески пухлых губ. Непосредственность изображения усиливают небрежно падающие на лоб и виски светлые пряди вьющихся волос и по-домашнему открытый ворот белой рубашки. В облике художника, точно прислушивающегося к внутреннему зову, ощущается тревога и настороженность. Он изобличает человека с непокорной и пылкой душой.
Неспокоен при всей кокетливости позы с эффектно перекинутым через плечо плащом и образ А. Н. Львова (1824). Слегка подавшийся вперед корпус и внимательный взгляд прищуренных глаз словно объясняются не близорукостью Львова (Брюллов говорил, что, пробыв с ним один лишь час, сам стал горбиться и щуриться), а действенностью характера, полного затаенных чувств.
Еще экспрессивней портрет А. П. Брюллова. Как и портрет А. Н. Львова и автопортрет, он написан в один сеанс, выражая первые, непосредственные чувства художника, не успевшего завершить свое творение. Брюллов сохраняет индивидуальные черты внешности своего брата, но вносит в его образ и свое представление о душевном состоянии современного человека. Его определяет страстность, мучительность неразгаданных вопросов, повышенная взволнованность духа. Разметались темно-русые пряди волос А. П. Брюллова, широко раскрыты карие глаза под изломами тонких бровей, чуть приоткрылись от жаркого дыхания его губы. Беспокойно падающие на лицо тени заостряют мягкие линии лица. Скромные, нейтральные тона портрета А. Н. Рамазанова сменила теперь интенсивно зазвучавшая палитра. Портрет А. П. Брюллова выдержан в теплой, золотисто-коричневой гамме тонов. Но в ней ярко загорается пунцовая полоска жилета, находя отзвуки в пламенеющем ухе и красных губах.
Новые творческие искания Брюллова нашли дальнейшее развитие в портрете русского посланника в Риме — Г.И. Гагарина, просвещенного человека, широко известного своей любовью к искусству и дружбой с художниками.
Искренняя дружба связывала К. Брюллова с Г.И. Гагариным, который рано распознал огромное дарование в молодом тогда еще художнике. К. Брюллов был так привязан к Г.И. Гагарину, что во время своей тяжелой болезни, постигшей его в 1835 году, решил составить завещание, по которому оставлял ему все свои произведения.
Создавая портрет князя Г.И. Гагарина (1828—1830), Брюллов точно следовал завету Рылеева: «Не сан, не род—одни достоинства почтенны». Благородное, с тонким овалом лицо Гагарина привлекает особой, скрытой в нем силой человеческих переживаний. В его образе, проникновенно воссозданном Брюлловым, ощущаются те чувства и мысли, которыми проникнуты были лучшие люди России в годы разгрома декабристов. Глубокая дума, казалось, залегла на его высоком челе между складками слегка сдвинутых бровей. Серьезно и вдумчиво выражение его глаз, сдержанно строга линия сжатых губ.
Брюллов немногословен в своих композиционных приемах, пользуясь формой погрудного портрета. Светлым пятном проступает лицо Гагарина, обрамленное великолепно написанным меховым воротником темной одежды. Скромность изобразительных средств Брюллова восполняется сложностью чувств, наполняющих образ Гагарина. Эти качества портрета ставят его в первый ряд произведений, созданных Брюлловым в начальный период пребывания в Италии.
Поплярное на сайте:
Приход Глюка к классической музыкальной трагедии
Однако французская комическая опера с ее бытовой тематикой, иногда с мещанскими идеалами и морализующими тенденциями перестала удовлетворять возросшим эстетическим требованиям передовых демократических кругов, казалась слишком мелкой для ...
Валентино: дань настоящей красоте
Валентино Гаравани — один из самых богатых дизайнеров в мире. Он обожает роскошь и красоту. А красота, как известно, стоит недешево. Валентине — владелец нескольких домов: в Нью-Йорке, Лондоне, Гштааде, Париже, Риме, на Капри. В 1990 году ...
Музейная педагогика как
формирующаяся научная дисциплина
Значение музейной педагогики как научной дисциплины определяется тем, что она дает тот методологический инструментарий, который позволяет осмыслить все виды музейной деятельности в педагогическом аспекте и тем самым повысить уровень общен ...

Навигация